Alex
Этот рассказик входит каким-то боком в более обширный цикл «Она и ейный кот», тем не менее его можно читать и как самостоятельное произведение.
* * *
— Ника, а сегодня мы идем охотиться на привидений? — протянула Гайка и отлепила носик от окна. Вокруг того места, где мышка касалась стекла несколько мгновений назад, осталось запотевшее пятнышко, но вот и оно растаяло, как исчезала надежда на то, что сегодня ночью дело сдвинется с мертвой точки.
— Конечно, идем!
Гайка не поверила своим ушам. И это говорила Ника, у которой за последние две недели находились тысячи отговорок, чтобы отложить поход. Конечно, последнюю неделю можно было не брать в расчет. Появление алой пушисточки спутало все карты. Но все равно, заявление эльфийской девочки было малость неожиданным.
Зумки в свою очередь с громким чмоканьем отлепила челюсть от стекла и посмотрела на Гайку. Потом, не сговариваясь, мышка и пушисточка повернулись к Нике.
— Ну вы что, сами не видите? — заговорщицки улыбнулась девочка, — погода как раз та, что нужно!
Алая пушисточка замотала головой, мол: «нет, не видим!» А мышка вновь припечаталась носом к стеклу.
Темнота. Снаружи не было видно решительно ничего. Только слышно, как деревья скребутся голыми ветвями по крыше.
Гайка зажмурила один глаз. Но, увы, ясности за окном это прибавило самую чуточку — несколько звездочек в рваном проеме неба.
— Нет никакой погоды, — подвела итоги метеонаблюдений Гайка, — ни дождя, ни самой завалящей бури. Думаешь, призраки появятся в такую спокойную погоду?
— Новолуние! — не выдержала Ника. А то, что она подумала, так и читалось на ее лице: «ну как вы не понимаете!»
— Ну как вы не понимаете?! Новолуние — это время призраков!
— А я всегда считала, что полнолуние, — задумалась Гайка, — как вспомню тот случай с сокровищами Английской короны...
— Корона! — фыркнула эльфочка. — Ты еще про оборотней вспомни — те полнолуние любят. Тогда как привидения предпочитают темные безлунные ночи...
— Чтобы пугать страшнее! — догадалась Гайка. И сама себе удивилась. Если бы совсем недавно кто-то сказал, что она будет верить в ведьм, оборотней и прочую мистическую чушь, она бы только посмеялась и порекомендовала обратиться к Дейлу. Но теперь...
— Собираемся! — подытожила Ника, захлопывая учебник, — все равно эти таблицы соответствия элементов безумно скучные.
— Ура, ура, ура! — прошептала Гайка на ухо пушисточке. Кричать, как Дейл во все горло, она пока не научилась.
Зумки коротко уркнула. Что, как успела выяснить Гайка в ходе лингвистических опытов, на языке пушисточки означало «да».
Алое ухо прижалось к стеклу.
— Что там? — мышка тоже попыталась послушать безлунную ночь.
Пару секунд Гайка пыталась хоть что-то разобрать в ночных шорохах, но быстро оставила это занятие. Слышно было еще меньше, чем видно. Да и в данном случае лучше было положиться на слух эльфийки, который девочек не подводил ни разу.
— Пошли Зумки, нам надо подготовить снаряжение.
Снаряжение состояло из магических непромокаемых накидок, которые по случаю безлунной погоды могли послужить и маскировочными. И двух больших электрических фонарей. Теперь-то Гайка прекрасно знала заряжающее заклинание, которое выучила во время ночных вылазок с Никой:
Прими огонь небесных чаш,
Сияй как молния — charge!
Накопительный элемент вздрогнул и на мгновение засветился голубоватым сиянием. Зарядка была закончена.
Вот и все. Довершали экипировку самые обыкновенные волшебные палочки.
«Хм», — Гайка на мгновение задумалась и по привычке зарылась с головой в ящик стола. А когда вынырнула, то снаряжение пополнилось мотком веревки, перочинным ножиком с тремя лезвиями, шилом и ножничками. А еще в лапах у мышки оказались несколько загогулин непонятного назначения. Найденные штуковины Гайка принялась деловито рассовывать по карманам.
— Ника, мы... — фраза застыла на полуслове, словно маленькая мышка увидела привидение.
Посреди комнаты застыла Зумки. Уши стояли торчком, хвост распушен, как праздничная метелка. А в черных огромных глазах испуганной девочке на миг почудился демонический огонь.
И Зумки прыгнула! Огненно-алый зигзаг разорвал пространство комнаты. На краткое мгновение алые сполохи блеснули в темном окне и пропали.
— Ай! — закричала Ника. — Зумки, посмотри, что ты наделала.
И девочка повернулась к Гайке. Багровая полоса пересекала красивое личико. Через всю правую щеку, заканчиваясь возле торчащего уха Ники.
Гайка стояла, не в состоянии вымолвить ни слова. Происшедшее было столь неожиданным, что слов не находилось. Зато были мысли. Они пробегали голове, то гневные (явно для Зумки), то жалостливые (эти уже предназначались Нике), и странным образом не вязались с происходящим. Ника уже отвернулась и полуслышно ворчала что-то про себя в такт изречениям Зумки.
Совершенно дикая и странная картина! Вот только сейчас пушисточка нанесла если не смертельную, то весьма чувствительную рану ее подружке! Гайка на негнущихся от шока ногах подошла и заглянула в лицо эльфиечки.
Ника старательно терла щеку кончиком платка. Красного почти не было видно. Только возле уха, и Гайка была в этом совершенно уверена, поблескивали малюсенькие капельки крови.
— Здорово! — облегченно выдохнула мышка, — это заклинание заживления ран?!
— Чего? — платок, основательно извазюканный красным, застыл посреди белой щечки.
И на Гайку воззрились четыре изумленных глаза. Четыре — потому что из-под руки Ники выглядывала пушистая девочка, умостившаяся на коленях.
— Ну... это... Зумки тебя же расцарапала...
— Конечно, — скорчила страшную мордочку Ника, — аж мозги вытекли! Только я их маленько размазала — ничего и не видно! Хи...
Больше Ника сдерживаться не могла.
— Ха-ха-ха! Скажешь тоже! Ой, не могу! — от смеха девочка колотила кулачками о стол, совсем как Дейл, когда ему доводилось отмочить очень уж уморительную шутку.
— Ай, ай! Зумки, не надо так, — вдруг завопила Ника, чем окончательно сбила мышку с толку.
— Смеется, понимаешь, когтями, — пояснила она, поднимая мокрое от смеха личико.
— Так это?..
— Губная помада, — ответила Ника, показывая Гайке маленький серебристый тюбик, — а эта негодница толкнула меня под руку!
И Ника кивнула в сторону Зумки, неотрывно следящей огромными черными глазищами за серебряным цилиндриком.
— Вот я тебя сейчас за это изукрашу! — пообещала Ника и быстрым, почти неуловимым жестом коснулась помадой губ пушисточки.
Зумки довольно заурчала.
— Слышишь, Гайка, ей, кажется, нравится! Вот умора!
— Еще бы... Да, кстати, где ты раздобыла помаду, ведь в правилах...
— Не волнуйся, я совсем чуть-чуть! Надо же быть во всеоружии, когда идешь охотиться на призраков!
— Да, губная помада — это страшное оружие!
— Еще какое! — ответствовала Ника, — работая с поразительной ловкостью.
Карандаши разных цветов так и мелькали возле ее лица. Остроотточенные кисточки для контура сменялись широкими — для нанесения фона и... о названиях остальных чудных инструментов Гайке оставалось только догадываться. Хотя она могла поклясться, что все это великолепие уже видела раньше. Просто не догадалась спросить у Зумки, как они называются.
— Ай! Не царапайся, страшный зверь Zwielichtwesen! — прикрикнула Ника на пушисточку, — хочешь подержать кисточку? Держи, только не вздумай погрызть!
Наконец процесс наведения красоты подошел к концу.
— Ну как? — поинтересовалась эльфиечка.
Больше всего Ника напоминала Тамми, после того как Зумки однажды разрешила порыться в косметичке. Глаза, оттененные коричневыми и черными цветами, казалось выросли чуть не на пол лица, наоборот подчеркнутого бледного. Словно Ника прошла практический курс «Как стать призраком за 7 занятий». И на мертвенно-бледном фоне яркой кровавой каплей горели красные губы.
— Королева вампиров просто замухрышка рядом с тобой!
— Ого! Ты поняла мой план! — обрадовалась Ника.
— Распугать всех привидений?
— Что ты! Наоборот. То, что у нас считается страшным, для призраков самая что ни на есть красота!
— Так вот почему...
— Именно! Как думаешь, может, стоит почернить зубы? Для полноты картины.
И Ника повернулась к столу, чтобы взять сажевый карандаш.
— Боже мой!
По центру стола сидела довольная урчащая Зумки. Похоже, весь арсенал из косметички Ники перекочевал на ее шерстку. Теперь пушисточка напоминала мышей-пигмеев из племени Пиу-Пиу в полной боевой раскраске! По крайней мере, так о ней всегда рассказывал Рокфор.
— Отдай! — закричала Ника и попыталась прогнать пушисточку со стола.
Зумки обнажила клыки и грозно зарычала.
Ника собралась прогнать разукрашенное чучело со стола. Zwielichtwesen там она или черт с рогами, а портить косметику, которую с таким трудом удалось протащить в общежитие, никому не позволено! Но не успела.
На плечо легла чья-то рука.
— Погоди, Ника.
— Если что дельное, то говори быстрее, а то... смотри, смотри!
Зумки уверенной хваткой держала кисточку с тушью. И куда только девалась неуклюжесть лап. Видно было, что с кисточкой девочка провела гораздо больше времени, чем с ложкой. Опытными движениями мастера она наносила тушь на пушистые реснички. Вот только точность подкачала. Черных разводов на шерсти было пруд пруди!
— Она же испортит всю тушь! — в сердцах выкрикнула Ника и кинулась к столу.
Пушистик бросился навстречу. Грозные челюсти блеснули двумя рядами остроотточенных зубок. Еще мгновение и...
Зубы звонко клацнули, сомкнувшись не на горле Ники, а в воздухе!
Гайка, предвидя такое развитие событий, за шкирку отдернула эльфийскую девочку. Зумки развела лапы в стороны и распушила хвост, закрывая собой косметичку.
* * *
— Это же полная глупость! — Ника плюхнулась попкой на одеяло, — мы так всю ночь проведем что ли?
Последние полчаса девочки потратили на уговоры алой пушисточки. Но на все просьбы и посулы та отвечала решительным урчанием, что означало категорическое «нет».
— Может потому Зумки и ненавидит ведьм, что те отобрали ее косметичку, — вслух размышляла Гайка, — я не удивлюсь, что все эти россказни про Zwielichtwesen'a — чистейшая правда.
— Ха-ха-ха! Так весь сыр-бор из-за пары тюбиков губной помады и флакончика с тушью? — Ника не удержалась и рассмеялась.
Зумки чуть подалась назад, сильнее растопырив лапы. Уж что-что, а свои новые сокровища она собралась защищать до последней капли крови!
Гайка помотала головой. Ее воображение рисовало маленькую пушистую Зумки. Как морозной зимней ночью та тащила огромную косметичку, сгибаясь под неподъемной ношей, раза в три больше ее. Или даже в четыре! Как кровожадные ведьмы... Почему кровожадные, Гайка и сама не знала. Просто в таких случаях полагались кровожадные злодеи. Так всегда было в комиксах Дейла. Начиная со страшных серых волков, больше похожих на порождения ада, чем на обычных зверей. И заканчивая графом Дракулой, по виду только сбежавшим с Голливудской вечеринки. Впрочем, в том, что Дракула был кровожадным, не сомневался никто. Даже обычно скептически настроенный Чип.
В общем, ведьмы представлялись мышке в виде нескольких угольно-черных силуэтов на фоне серебристого снега. С волшебными палочками в руках. И эти ведьмы отбирали у Зумки ее драгоценное сокровище...
Про дальнейшее думать не хотелось. Совсем. Воображение Гаечки пасовало перед неминуемыми сценами вселенского апокалипсиса. И еще Гайка не знала, кого ей жалеть больше: Зумки или кровожадных ведьм?
— Что у вас случилось? Пожар или сонная лихорадка? — промурлыкало сзади. За Толстопузом закрывалась входная дверь.
— Ничего страшного... я полагаю... Зумки захватила в плен Никину косметику, — ответила Гайка.
— Как это «ничего страшного», — аж подпрыгнула Ника, — и ты туда же?!
— Спокойно, дорогая, спокойно, — важно ответствовал Толстый кот, — я таким хламом не интересуюсь.
И котяра полез в шкаф прятать свое последнее приобретение — серебряную вилку.
— Это он чего? Опять гадость сказал? — ткнула пальцем Ника в закрывающуюся дверцу шкафа.
— Нет, посоветовал записаться на курсы йогов и пройти курс практической медитации! — устало ответила мышка.
— А черт с ней, с этой косметикой! — неожиданно решила Ника, — все равно от нее одни неприятности. Так уж и быть, забирай себе. Ты слышишь, размалеванное чудище?!
Зумки мяфкнула и радостно заурчала. Пара пируэтов в исполнении пушисточки дополнили картину Вселенского Счастья! И Зумки начала деловито запихивать рассыпанные по столу тюбики и баночки обратно в косметичку.
— Мы победили столетнюю, злобность? — задумчиво размышляла Ника, потирая лоб, — неужели все так просто?
— А что говорит твоя эльфийская интуиция?
— Интуиция не уши, по наследству не передается, — пожала плечами девочка.
— Ну что ты! — заспорила Гайка и принялась с жаром рассказывать Нике про генетику, передачу признаков и генеалогическое древо. Эльфийке только оставалось разводить руками...
— Ничего не поняла, кроме одного. Достаточно, чтобы в роду была бабушка-предсказательница, тогда и у меня откроется дар?
— Ну почти. Конечно, для полной уверенности нужно провести научное исследование ДНК бабушки и твое.
— Ага. Так она и далась, для каких-то там исследований. Скорее все превратятся в червяков и жаб, если подойдут слишком близко. И это в том случае, если у бабушки будет хорошее настроение.
— А какое это имеет отношение... Ладно, тогда проведем эксперимент на тебе. Ты предскажешь, а потом проверим, сбудется или нет.
— Не, не, не! Я волшебной палочкой перед ее носом размахивать не буду, — кивнула Ника на Зумки, которая как раз заталкивала в косметичку последнюю баночку, — а вдруг пророчество окажется неверным?
— Тогда надо попросить кого-нибудь другого...
— Гайка!
— Ой!.. Извини! Я как всегда увлеклась! — рассмеялась Гайка.
— Хорошо, а то я уж подумала, что вместо «Спасибо» меня покусают.
Гайка подошла к столу, присела на корточки, так чтобы оказаться вровень с пушистой девочкой и взглянула ей в глаза:
— А кто тут забыл сказать «Спасибо»?
Зумки оторвалась от косметички, с которой видать решила не расставаться до конца своей жизни. Глянула огромными влюбленными глазищами на Нику. И кинулась к эльфочке!
— Что? Ай! Зумки! — Ника не знала, радоваться ей или огорчаться. И что лучше, чтобы тебя покусали или задушили в объятиях?
Когда бурные восторги зверушки немного улеглись, Ника заметила, что Гайка странно себя ведет. Нервное хихиканье — тревожный симптом.
— Что? Что случилось?
Вместо ответа мышка захихикала и ткнула пальцем.
Впрочем, Ника и сама догадалась. Слои косметики, так щедро нанесенные лапами Зумки на шерстку, перемешались. И теперь там красовался убойный коктейль черно-красно-сине-фиолетовых оттенков. В зеркале не было никакой нужды. Ника тут же сообразила, что добрая половина сего безобразия перекочевала на нее.
— Подержи-ка, — эльфочка взяла Зумки за шкирку и вручила подружке.
— Что собираешься делать?
Вместо ответа Ника, провожаемая недоуменными взглядами Зумки и Гайки, забралась в шкаф. Что-то упало, загремело. Послышался чей-то недовольный голос. Потом уже голос Ники: «Да успокойся, не нужны мне твои побрякушки!» И эльфочка вернулась из путешествия по стенному шкафу с медным тазиком в руках. Тазик был торжественно поставлен на табуретку, и Ника произнесла заклинание:
Банные и серные, горные и пенные
Духи прилетите, наполните — hottie!
Из волшебной палочки потоком хлынула вода. Судя по поднимающемуся пару — горячая.
— Вот и все, — хитро улыбнулась ушастая девочка и забрала Зумки, — а теперь — мыться!
* * *
В кабинете мадам Юу как всегда горел свет. Два желтых пятна из ее двери ложились на привычное место на стене коридора, словно приглашали усталого путника заглянуть на огонек. Но сейчас путников не было видно. В коридоре — никого. Дневные заботы схлынули, и теперь под мягкий свет настольной лампы мадам Юу занималась приятной работой. Нет, не той ежедневной рутиной, которой в магической школе пруд пруди. Все эти ожоги, переломы, неудачные заклинания ни в какое сравнение не шли с тем, что изучала мадам Юу по вечерам. Сегодня стол ведьмы был завален книгами в старючих, местами истлевших, местами прожженных переплетах.
Юу увлеченно водила пальцем в раскрытой книге по рисунку особенно отвратного чудища. Казалось, художник не один век копил зубы, когти и мерзкую зеленую слюну, чтобы выплеснуть все в единственный рисунок. Докторша задумчиво изучала тварь, слегка пошкрябывая ногтем, как будто хотела соскрести его с листа. Чудищу такое поведение ведьмы было не по душе. Оно слегка шевелилось, вздрагивало и пыталось обернуться, чтобы проследить, куда невежливая читательница тыкала пальцем.
Неудивительно, что ведьма не услышала торопливых шагов в коридоре. И только когда входная дверь недовольно заскрипела, отворяясь, мадам Юу оторвала от книги взгляд.
— Мисс Ника, опять вы? — голос мадам Юу звучал отрешенно, словно она погрузилась в море нирваны, — и мисс Гайка, вы тоже?
В голосе прибавилось удивление, смешанное с легкой укоризной. Гайке на секунду показалось, сейчас белоснежная ведьма добавит, как мисс Дорнбос: "Ну уж от вас, милочка, я никак этого не ожидала". Но ничего такого ведьма не сказала. Просто поинтересовалась:
— Что на этот раз? Неудачный эксперимент или... — тут мадам Юу вынырнула из нирванного моря, — этот негодный кот опять расстарался?
Не тратя времени даром, ведьма-докторша материализовалась около девочек. Беглый осмотр показал, что поработал профессионал. Руки Ники и Гайки были все исполосованы страшными ранами. Как будто сумасшедший доктор решил поиграть скальпелем. Мелких же ран и царапин было не счесть.
— Это не Толстопуз... — помотала головой Гайка. Тут же в глазах помутнело, и, чтобы не упасть, мышка прислонилась к дверному косяку.
— Это Zwielichtwesen, — закончила Ника.
Мадам Юу только ахнула.
— Кажется, мы сами виноваты, — добавила эльфочка, чтобы предупредить ненужные расспросы.
— Живо на кушетку! — мадам Юу уже рылась в шкафчике с магическими лечебными зельями.
Как только девочки устроились на кушетке, в проеме двери показалась алая пушисточка. От нее еще слегка поднимался пар, а с мокрых боков свисали белые ошметки пены. Старательно огибая красные лужицы и оставляя за собой мокрые следы вперемешку с пенными хлопьями, Зумки выбралась на середину кабинета.
— Нашла, нашла! — радостно возвестила Юу, выбираясь из шкафчика с большой бутылью темного стекла.
— Что это? — тихонько поинтересовалась Ника, глядя, как докторша поливает белоснежную тряпицу подозрительным раствором из бутылки.
— Придется потерпеть, будет больно, — предупредила ведьма.
— Это всегда так говоря-а-а-а-а-а! — завопила эльфийка.
Мадам Юу тем временем ловко забинтовывала руки девочки.
— Теперь твоя очередь, — кивнула она Гайке.
— Это же... — мышка принюхалась, и такой знакомый с детства запах ударил ей в нос, — обыкновенный йо-ой-ой-ой!!
— Что, что это за гадость?! — встряла Ника в разговор, — ой, как щиплется, зараза!
Гаечка перевела дух — руки щипало немилосердно — и ответила:
— Йод. В нашем мире его тоже используют для обработки ран. Вот не знала, что у него есть магические свойства!
— Здорово! — заерзала Ника, то ли от переполнявшего ее восторга, то ли от кусачего йода, — теперь я могу почувствовать себя совсем как в твоем мире! Мадам Юу, это особо сильное зелье, да?
Ведьма закончила с Гайкой и, осмотрев довольным взглядом забинтованные руки мышки — несомненное произведение медицинского искусства — ответила:
— Это самая обыкновенная спиртовая настойка йода. Ничего магического в ней, разумеется, нет.
— Но, мадам Юу?
— Вы хотите спросить, как это поможет в вашем случае?
Девочки согласно закивали.
— Ну мне стало интересно... и потом, как ведьма, специализирующаяся на целительской магии, я должна была узнать все, что только можно. Вон там, — Юу показала на стол, заваленный книгами, — это все книги о Zwielichtwesen'е.
— Так много? — поразилась Ника.
— Сто лет назад ваша маленькая подружка была серьезной проблемой. Эти трактаты были написаны не просто так, развлечения ради, а чтобы отвести страшную беду. Не хвастая могу сказать, что в нашей школе одно из самых полных собраний по данному вопросу...
Мокрый дрожащий вопрос, по которому была написана дюжина замшелых трактатов и огромная куча книжонок поменьше, тем временем не выдержал и громко чихнул.
— Ой!
— Зумки!
Пушисточка посмотрела на девочек, помотала головой, отчего водное пространство вокруг заметно расширилось, и злобно зарычала.
— Ну как так можно, — всплеснула в ужасе руками мадам Юу, — как вы могли с ней так обращаться! Вы же застудите ценный эк...
С этими словами ведьма чуть ли не из воздуха выдернула огромное махровое полотенце с вышитыми дракончиками на краях. И страшный мокрый зверь немедленно был завернут в теплые махровые складки.
— Мадам Юу, она вас покусает! — закричала Ника.
— Как я уже говорила, — ведьма старательно вытирала Зумки, отчего та сменила гнев на милость и больше не рычала, — совсем нечего бояться, если у тебя нет волшебной палочки и помыслы твои чисты, а намерения действительно добрые.
— У нас были добрые намерения! — запротестовала эльфийка.
Гайка согласно закивала. Ведь отмывание чумазости — это очень добрые намерения. Да и Зумки, мышка это хорошо помнила, не терпела грязь в любом виде.
— Вы недорассказали о йоде, — напомнила она.
— Неужели? Ну это совсем просто. Во всех научных трактатах говорится, что покусы Zwielichtwesen'а невозможно вылечить с помощью магии. Поэтому я применила единственное зелье, в котором его нет ни грамма.
— Но все ваши средства вместе взятые не такие болючие, как этот йод! — простонала Ника и добавила, — чешется жутко!
— Неужели? — улыбнулась докторша, — погодите немного, в старших классах, когда придет пора общаться с драконами, йод покажется райским зельем... Ну вот и все!
Мадам Юу извлекла абсолютно сухую Зумки, теперь больше смахивающую на алый меховой шар.
— И больше не обижайте! — Юу поставила Зумки на кушетку.
— Это кто кого обижает!
Меховой шар фыркнул и отвернулся от девчонок.
— Ну Зумки, не сердись, мы хотели как лучше, — попробовала задобрить пушисточку Гайка.
Ноль эмоций. Пушистая даже не повела ухом.
— Что же такого страшного вы натворили?
— Мадам Юу, вы никому не расскажете? Обещаете?
— Никому, конечно если вы вдруг не вызвали орду голодных троллей...
И Ника поведала историю с косметичкой.
— Кажется, я знаю, как помочь вашему горю, — лукаво улыбнулась ведьмочка.
Она на мгновение сжала руку в кулак, а когда открыла ладонь, то там оказалась ленточка небесно-голубого цвета.
— Зумки, если простишь этих противных девчонок, я подарю тебе это.
И мадам Юу повязала пушисточке бантик на хвост.